Հրապարակվեց: Вт, Ноя 13, 2018
...

ЗАПАД И ДУХОВНОЕ СОСТОЯНИЕ АЗЕРБАЙДЖАНСКОГО ОБЩЕСТВА: ТЕМА В ПРИЗМЕ КАРАБАХСКОГО КОНФЛИКТА

Տարածել
Tags

Предыстория: Отношение Европы к геноциду армян в Османской империи, республиканской Турции и этнополитическим процессам в Закавказье

Известно, что европейские державы интересовались Закавказьем задолго до установления там советской власти. Но именно в годы распада Российской империи они оказались непосредственно вовлеченными в происходящие там бурные этнополитические процессы. В начале XX века поведение европейских держав в регионе вписывалось в их ближневосточную политику, которая не могла обойти  актуальный со второй половины XIX столетия Армянский вопрос. В 1915 году приступив к массовому истреблению армян турки были уверены, что они останутся безнаказанными. Опыт, накопленный турками в XIX веке, им подсказал, что Европа дальше дежурных, внешне суровых осуждений не пойдет.  И они не ошиблись.

Как Германия, так и Англия после развала Российской империи выстраивали свои планы в регионе сразу после  постигшего армянский народ геноцида. Однако они действовали так, как будто в регионе не было этой катастрофы. Германия, с которой Турция находилась в союзнических отношениях в первой мировой войне, в 1918 году «сопровождала» турецкие войска, ворвавшиеся интервенцией в Закавказье для  учреждения здесь второго турецкого государства — Азербайджанской Демократической Республики (АДР). Германский генеральный штаб и главком турецких войск предъявившие ультиматум Армянскому национальному совету Баку о сдаче города, открытым текстом угрожали армян геноцидом. «Армянская жизнь и армянское имущество быть и будет уничтожено»[i] — угрожали турки и немцы.  Примечателен ответ Армянского национального совета: «…настоящую войну ведет Россия в лице местной российской власти, а не отдельные части населения города. Все это, конечно, прекрасно известно и противнику, но, очевидно, кому-то нужно это все взвалить на армян, чтобы найти удобный аргумент для истребления их». И далее: «Подобная угроза – уничтожить все армянское население – неслыханный в истории войны прецедент, а потому мы решительно протестуем перед лицом всего мира против угроз турецкого и в особенности немецкого командования…»[ii]. Словами «в особенности немецкого командования»  Армянский национальный совет Баку как бы призывал немцев не равняться на варваров. Но к этому  призыву немцы остались невосприимчивыми и остались подручниками турок, продолжавших политику геноцида армян уже за пределами самой Турции!

После победы Антанты, когда Турция вынуждена была в ноябре 1918 г. покинуть Закавказье, первыми в Баку пожаловали англичане. Они оказались в Баку после устроенных там турками (в присутствии немцев) армянских погромов и не могли не знать, что поставленные турками у власти мусаватисты (“мусават” – партия кавказских татар) активные участники армянских погромов. И несмотря на это, они  всячески усердствовали, чтобы подчинить Нагорный Карабах мусаватисткому Азербайджану. Генерал Томпсон требовал от карабахцев беспрекословно подчиняться правительству АДР. Мотивы заинтересованности Англии регионом не нуждались в политической маскировке. Все откровенно сводилось к бакинской нефти. Отсюда и действия в угоду местным туркам в их потугах насильно подчинить себе Нагорный Карабах[iii].

Вот так сконструированная из разнородного «этнического материала», этнически безликая общество-толпа кавказских татар, уже   прошедшая в  Российской империи начальные психоментальные курсы безнаказанности за армянские погромы[iv], в совершенно другой геополитической ситуации получила одобрительные меседжи от ведущих европейских держав в поддержку ее поведения. Европа продолжала дело Российской империи в прививании кавказским татарам ментальности на вседозволенность и безнаказанность.

Лондону тогда не удалось сломать волю находящихся в тяжелейших блокадных условиях карабахцев. 28 апреля 1920 года в день возвращения России (уже «красной России») в Закавказье, IX Съезд полномочных представителей населения Нагорного Карабаха аннулировал заключенное под давлением Лондона временное соглашение с правительством ушедшей в небытие АДР и в очередной раз провозгласил край неотъемлемой территорией тогда еще не советизированной Республики Армения.

Для нетюркского населения Восточного Закавказья ситуация не изменилась после советизации края и учреждения Аз.ССР (на этот раз уже XI Красной армией советской  России)[v].

Промежуточная ремарка. Отношение к геноциду как индикатор духовного состояния общества

Поведение Германии и Англии — главных европейских акторов в регионе,  конечно объяснимо. Но только с точки зрения циничного прагматизма и меркантильного практицизма, полагающих не просто сознательный отход от принципов общечеловеческой морали, но и сознательное обращение к преступным с точки зрения этой морали действиям. В данном случае следствием этого отхода стали покровительство варвару и принесение в жертву целого народа. Турки думали — расправятся с армянами, и делу конец. Думали, деяние останется “в закрытом прошлом”. Ошиблись! Оно не могло быть вычеркнуто из памяти народа — жертвы преступления.  Более того, оно не могло не оставить след как в психике и менталитете общества, которое непосредственно ответственен за преступление, так и общества, опосредованно причастного к злодеянию, в том числе и в формах пассивного наблюдения или одобрительного бездействия. Европа и большевистская Москва участвовали в устроенном Турцией заговоре молчания о геноциде армян. Уже в двадцатых и тридцатых годах тема оказалась  «под семью замками». Лишь Адольф Гитлер в августе 1939 г. нарушил табу, заявив перед нападением на Польшу:  «Кто же сегодня еще говорит об истреблении армян?»[vi]. Аналитики обычно ограничиваются лишь упоминанием высказывания Гитлера, не замечая, что это было признанием зараженности немецкого общества геноцидной политической культурой. Даже бездеятельное, вроде нейтральное присутствие немцев при массовых истреблениях армян было бы достаточно, чтобы эта бацилла поразила их. Потому что сама нейтральность (а немцы вовсе не были нейтральными наблюдателями) и бездеятельность в подобных случаях высвечивают предрасположенность скрывающегося за ширмой непричастности наблюдателя  к «болезни насилия». Эти аспекты духовного извращения  “свидетелей” турецкого преступления еще ждут своего анализа и осмысления именно в указанном ключе. Тема актуальна не только для Турции, не только для стран — пассивных наблюдателей этого злодеяния и участников последующего заговора молчания, но и для тех, кто в наши дни превратил признание достоверного факта истории в предмет политического торга с той же Турцией.

Наивно полагать, что рядовой американец (или, скажем,  француз) не  догадывается о моральной уязвимости непризнания своим правительством содеянного Турцией преступления против человечества. Ни словеса о “передаче” проблемы историкам, ни ссылки на свободу слова, ни туманные аргументы о политической нецелесообразности осуждения этого злодеяния не в состоянии снять моральный дискомфорт у понимающего суть вопроса американца (или француза). И это понятно. Ведь ссылки на политическую нецелесообразность в данном случае скрывают предпочтение, которое государство отдает иногда просто неверно понятым преходящим интересам перед  общечеловеческими ценностями и идеалами, перед обыкновенной порядочностью, перед моральным здоровьем своего общества. И если рядовой американец, «выполняя свой гражданский долг», с пониманием разделяет позицию высших властей и одобряет ее, то он  физически виртуально но морально актуально становится участником политического торга, предметом которого является вопрос: встать на защиту истины и добра или размежеваться от них и защищать зло? Моральная нагрузка вопроса очевидна. Обычно за ссылками на политическую целесообразность скрывается ложное допущение об автономности сферы политического от других областей общественной жизни. Но жизнь каждый день доказывает, что любой поступок (в первую очередь тяжкое преступление) связан с моральным выбором. Любой поступок этически “заряжен”. Отношение к Геноциду, его признание или отрицание – это поступок[vii]. Оно как моральный (или аморальный) стержень пронизывает все  общество (от властных структур до отдельной личности)  и становится лакмусом его духовного состояния. В случае гитлеровской Германии это состояние оказалось роковым. Перед тем как развязать мировую войну страна находилась в ловушке духовного разложения, в том числе и из-за отношения к геноциду армян. Немцы недавно нашли в себе силу в очной ставке с собственной историей смотреть истине в глаза  в вопросе геноцида армян с осознанием того, что покаяние – единственный путь  к духовному очищению.   Есть тонкое, почти всегда предающееся молчанию обстоятельство в обсуждениях по теме признания геноцида армян Османской империей и республиканской Турцией. Как правило, речь ведется о преступлении, жертвой которого стал армянский народ. В политических кругах США и Европы в наши дни весь пафос обсуждения вопроса геноцида сопряжен с такой инверсией темы. Совершается некая манипуляция, подмена состава преступления, его сведение к преступлению именно против армян. Такой сдвиг искажает самую суть вопроса. Османская империя и республиканская Турция совершили преступление в первую очередь против человечества, против всех народов, и осуждать их надо за это! Тем более, что жертвами геноцидальной политики стали не только армяне.

В начале XX века Запад, как известно, не был однороден в своем отношении к злодеянию свершенного Турцией. Защищая идею свободного самоопределения народов, президент США Вудро Вильсон пытался найти кардинальное решение Армянского вопроса, нашедшее отражение в заключенном в Севре договоре от 10 августа 1920 года.

Этот экскурс об отношении европейских держав к геноциду армян в Османской империи и республиканской Турции тот историко-политический фон, вне контекста которого невозможно адекватное понимание имевших место на Востоке Закавказья событий в период и после распада СССР.

Карабахский конфликт как ключ раскрытия темы

Вряд ли можно отыскать лучшего проявителя  воздействия Запада на психологическую и моральную ситуацию в АР, чем разразившиeся в 1988 г. Карабахское движение и  последующие в постсоветский период события вокруг Нагорного Карабаха. Отношение к неоспоримым, не поддающимся разночтению политико-правовым фактам, их игнорирование или принятие для понимания сути конфликта, их вовлечение в процесс или исключение из процесса урегулирования конфликта и есть тот чувствительный лакмус, который проявляет позицию Запада в свете правды и совести.  Отсылая читателя к помещенным на страницах Versia.am публикациям[viii] о сути конфликта, мы здесь ограничимся лишь изложением некоторых выводов, вытекающих из правовой папки проблемы.

Первый вывод. Карабахский конфликт в 1918 году возник в результате незаконных притязаний учрежденной Турцией Азербайджанской Демократической Республики на Нагорный Карабах. В 1988 г. конфликт возобновился и после распада СССР перерос в международно-вооруженный исключительно по причине экспансионистских притязаний Азербайджанской Республики.

Второй вывод. В 1988-1991 гг. в Аз.ССР при советской власти был осуществлен геноцид  армянского народа АзССР[ix], одного из народов-основателей этой основанной как интернациональной (не национальной) республики. Одним из главных мотивов отказа Азербайджанской Республики от правопреемства Советского Азербайджана был уход от ответственности за это преступление.

Третий вывод. 2  сентября 1991 г. НКР была провозглашена на территориях, юридически не принадлежащих АР и после развязанной против нее войны отправляет государственную власть на не принадлежащих Азербайджанской Республике территориях. Подконтрольные НКР (Арцах) территории лишь часть тех территорий,  которые должны были быть включены в состав Автономной Области Нагорного Карабаха (АОНК). Часть центральных и все северные районы Арцаха согласно правовой папке проблемы оккупированы Азербайджанской Республикой.

Четвертый вывод. Юридическим последствием отказа Азербайджанской Республики от правопреемства Аз.ССР стало потеря ею тех связей с Нахичевном и Нагорным Карабахом, которые несмотря на их незаконность поддерживались советской империей.

Все относящиеся к конфликту юридические факты и вытекающие из них выводы были общеизвестны до того, как в ноябре 1991 года США и Европа обнародовали политическое решение признать на постсоветском пространстве новые государства в  границах бывших союзных республик. В то время для Запада, заинтересованного в скором распаде ядерной сверхдержавы, каковым был СССР, это, возможно, было самое рациональное решение в смысле минимизации рисков и возможных затрат для последующего “обустройства” постсоветского пространства (мы не исключаем, что формула “Развод по союзным республикам”  была уготовлена задолго до ноября 1991 г.). Но Азербайджан не вписывался в проект “Распад по союзным республикам”. Случай Азербайджана был особый, он выпадал из общей формулы, и для него надо было делать исключение. Дело в том, что относительно включенных в ее пределы территорий существовали действующие многосторонние международные договора и соглашения, исключавшие  суверенизацию Аз.ССР «в советских пределах». Это в первую очередь касалось заключенного в 1921 г. международного Карсского договора от 13 октября 1921 г., согласно которому Нахичеванский край, уже признанный в качестве неотъемлемой части Советской Армении, был отдан под покровительство (а не под суверенное владение!) Аз.ССР. Договор исключает  такое его  чтение, которое разрешало  бы включение Нахичевани в состав  нынешней Азербайджанской Республики в качестве ее суверенной территории. Этот вывод  в 1991 году был усилен отказом нынешней Азербайджанской Республикой от правового наследия Аз.ССР и провозглашения себя преемницей Азербайджанской Демократической Республики, ушедшей в небытие так и не обретя фактически установленных или признанных границ. В 1991 г. в Баку не могли ссылаться ни на границы АДР, ни на границы Аз.ССР. АДР вообще не имела таковых. Не могли годиться и границы Аз.ССР, по меньшей  мере в силу указанного выше Карсского договора. В этих условиях в Баку, будучи в курсе, что Азербайджанская Республика вопреки всем вышеуказанным юридическим запретам будет признана в пределах Аз.ССР, решили вообще не провозглашать границы. Вот так в русле реализации формулы «Развод по союзным республикам» Запад «подарил» не легитимные границы нынешней Азербайджанской Республике и признал их. Игнорировалось то, что все ее “предшественницы”  (и АДР, и Аз.ССР) появились не в результате самоопределения, а в нарушение этого принципаПродолжая эту “традицию”, нынешняя Азербайджанская Республика также “появилась на свет” обходя принцип самоопределения, и Запад в 1991 году взял на себя роль повивальной бабки незаконнорожденного.

Правда, признание есть акт политический. Признанность Азербайджанской Республики в пределах бывшей Аз.ССР не делает ее границы легитимными. В свете ПРАВА «территориальная целостность Азербайджана» остается юридически бессмысленным понятием.

Казалось бы, за отступлением Запада от идеалов ПРАВА и МОРАЛИ в пользу политической целесообразности (на столе проходящих под эгидой ОБСЕ переговоров правовой папки пока  нет!) могли последовать лишь политические последствия международного характера. Оказалось, что это далеко не так. Выяснилось, что признание Азербайджанской Республики с юридически не принадлежащими ей территориями  спровоцировало новую волну агрессивного национализма, став своеобразным оправдательным аргументом геноцидального ее поведения.  Признание Азербайджанской Республики в пределах бывшей АзССР в Баку сразу же поняли как санкцию на войну за освобождение «своих» территорий. Пережившее “сумгаитскую эйфорию” азербайджанское общество в этом усмотрело полученное от Запада одобрение своего поведения. Оно было понято как разрешение на новые преступления — на этот раз уже на фронтах карабахской войны. Захватническую войну, начатую под знаком «международной признанности территориальной целостности Азербайджанской Республики», стало возможно представить как войну справедливую. Принцип территориальной целостности, примененный в отношении Азербайджанской Республики вопреки его смыслу и назначению, претерпев мутацию, стал оправдательным аргументом экспансионизма и прикрытием для продолжения не замечаемым Западом политики расизма не только в отношении армян, но и всех коренных народов АР. Углубляющиеся «отклонения от нормы» в постсоветский период были спровоцированы  не только  признанием АР с территориями, не принадлежащими ей ни юридически, ни исторически, ни фактически, но и игнорированием факта геноцида армянства Восточного Закавказья. Эти отклонения проявляются во всех его “нишах”  — от самых низких до властных. Вот некоторые из них:

— убиение своих граждан — ходжалинцев — под Агдамом, в конце коридора оставленных армянами для их выхода из зоны боевых действий;

— общенародное ликование по поводу экстрадиции и героизации Рамиля Сафарова, убившего своего спящего коллеги-армянина:

— костры из книг “Каменные сны” Акрама Айлисли,  сказавшего правду о своем народе;

— уничтожение в Старой Джуге сотни хачкаров — памятников средневековой армянской культуры;

— преследования вернувшихся  к своей этнической идентичности представителей коренных народов, и т.д., и т.д.

Трудно составить полный список симптомов состояния азербайджанского общества и государства, который аналитик турецкой газеты Radikal Орхан Кемаль определил как коллективное помешательство. Слишком суровый диагноз! Болезнь, как свидетельствует ее история, приобретена не без «помощи» Запада. Как и в случае геноцида армян в Турции, западные столицы, реагируя на это «коллективное помешательство», дальше строгих заявлений до сих пор не пошли и пока не идут. Тема геноцида армян АзССР  под замком, как это было с геноцидом в Османской империи и  Турции. И все это в удовольствие тех общественных и властных кругов Азербайджана, которые в этой позиции Запада видят одобрительные меседжи на агрессивность и геноцидальность их поведения и уверены, что на всех деяниях АР, на  внешнеполитическом ее поведении светит  поставленная Западом печать: “Разрешено!”. Возможно, вопрос о том, как отношение Запада  к сути конфликта подхлестнуло новый всплеск агрессивности и нетерпимости у кавказских турок Восточного Закавказья, не интересен политическим и научным кругам Европы и США. Но отсутствие интереса и  адекватной рефлексии на провоцированное ими углубление духовного разложения азербайджанского общества не упраздняет  саму проблему и не снимает с повестки вопрос об ответственности Запада за его нынешнее духовное состояние. Тема предана молчанию, об этом практически не говорят. А напрасно! Вопрос актуален во всех отношениях. Правда, как и в начале XX века, Запад и сегодня не однороден. Европа в лице Венгрии за обещанную мзду освобождает убийцу Рамиля Сафарова (что всеми расценивается как предательство европейским ценностям),  Вашингтон первым требует объяснений у Будапешта и осуждает этот акт. Он же публично выделяет Нагорно-Карабахской Республике ежегодную финансовую поддержку. Примечательно, что США единственное государство Западного мира, который в такой специфической форме проявляет свое отношение к Нагорному Карабаху. Он делает нечто, которое может себе позволить не подотчетный ни перед кем  лидер.

P.S.  В аналитический отдел Versia.am поступило много писем от посетителей сайта по поводу статьи «Карабахские векторы указа Ильхама Алиева или указ, который готовился два столетия» (http://www.versia.am/ukaz-kotori-gotovili-200-let/).  Многим она показалась «мягким» в оценке вклада Российской империи и СССР в формировании нынешнего состояния азербайджанского общества. Некоторые только Россию считали ответственной за  появление в Закавказье государства под названием «Азербайджан» в таком облике. И почти никто не обратил внимание  на роль Запада в поведение Баку как во внутренней, так и во внешней политике. Но на вещи можно смотреть и по-другому. Как бы там ни было сохранилась та часть Армении, которая оказалась в пределах Российской империи и СССР.  В постсоветских условиях там образовались два государства  —  признанная международным сообществом  РА  и пока непризнанная НКР. А что стало с  Западной  (турецкой) Арменией, за которую нес ответственность Запад, известно всем. Сам этот факт приобретает решающее значение при сравнении ответственности России и Запада в Армянском вопросе.

 


[i] «Погромы армян в Бакинской и Eлизаветпольской губерниях в 1918 – 1920 гг.  сборник документов и материалов», Ереван, 2003, док. N 67, стр. 82.

[ii] Там же, док. N 69, стр. 84

[iii] Лондон повторил такой же ход 5 марта 1992 года, в день приема Азербайджанской Республики в ООН, вместе с Анкарой отметив, что он признает Азербайджанскую Республику в границах, включающих Нагорный Карабах. Другие страны такой оговоркой не снабдили акт приема АР в ООН.

[iv]  Об этом см.: «Карабахские векторы указа Ильхама Алиева или указ, который готовился два столетия». http://www.versia.am/ukaz-kotori-gotovili-200-let/

[v] В тридцатых годах Сталин выдвинул проект строительства новой, до этого не существующей  азербайджанской нации путем слияния коренных народов с кавказскими татарами. Для нашей темы здесь важно отметить, что в советские годы в процессе азербайджанизации в республике формировалась  прослойка, ориентированная на туркизацию  полиэтнического края. В водовороте ассимиляционных процессов оказались практически все народы республики. По-своему они отразились и на  основных оппонентов этой политики – армян и русских. Перед распадом СССР армяне почти полностью были вытеснены из Нахичевани. Несмотря на довольно высокий естественный прирост армян, их доля в численности населения республики неуклонно шла на снижение. Причиной оттока – принявшие форму расизма притеснения во всех сферах общественной жизни. Между переписями населения 1970 и 1979 годов пошла на убыль и численность русского населения. Исход более 25.000 русских (без учета естественного прироста) говорит о том, что Москва ничего не предпринимала для защиты от притеснений в том числе и русских. Насилие, сопровождающее азербайджанизацию (т.е. туркизацию) республики, проводилось «от имени» официальной идеологии и не подлежало аппеляции. Протестующие обвинялись в национализме. Психология безнаказанности и вседозволенности все больше овладевала той частью общества Советского Азербайджана, которая, практически беспрепятственно проводила насильственную  туркизацию нетюркских народов и вытесняла из республики армян и русских.  Представления об результатах   азербайджанизации республики были бы не полны, если не подчеркнуть важнейший факт: коренные народы были загнаны в своеобразное национальное подполье, в котором они поныне пребывают. Согласно  выданным им в советские годы паспортам, они числятся азербайджанцы, хотя внутри своих национальных общин они сохраняют этническое “я” и ждут “хороших времен” для выхода из этого подполья. Если в свое время кавказские татары были статистической общностью, то теперь таковой являются азербайджанцы – некий «химерный этнос» по аналогии с «советским народом», жизнеспособность  которого не выдержала  испытание временем» (выдержка из статьи Рахмана Бадалова «Баку: город и страна» , помещенной в сборнике  «Азербайджан и Россия: общества и государства» , М., 2001, стр. 271).

[vi] Guttman Jozeph, The Beginnings of Genocide, New York, 1948, p. 18.

[vii]С точки зрения психологии и этики темой особого исследования может служить поведение высших должностных лиц США, признавших факт геноцида армян на нижних ступенях карьерной лестницы и уклонившихся от адекватной оценки преступления против человечности после того, как оказались на высших государственных постах.

[viii]  Коротко  суть Карабахского конфликта можно представить в следующих констатациях.

  1. В 1918-1920 годах, в ходе распада Российской империи и образования в Закавказье суверенных государств Съезды полномочных представителей населения Нагорного Карабаха неоднократно объявляли край неотъемлемой частью Республики Армения; последний раз в день установления советской власти в Баку.
  2. 30 ноября 1920 года, на следующий день после установления советской власти в Ереване, Азербайджанская Советская Социалистическая Республика (Аз.ССР), образованная как не национальная, интернациональная республика, признала НК неотъемлемой частью Армянской Советской Социалистической Республики (Арм.ССР), а 2 декабря признала право народа НК на полное и свободное самоопределение.
  3. Арм.ССР на основе неоднократного волеизъявления населения НК и отказа Аз.ССР от притязаний на НК 12 июня 1921 года провозгласила НК своей составной частью.
  4. Уже провозглашенный частью Арм.ССР Нагорный Карабах 5 июля 1921 г. был включен в пределы АзССР непринятым  решением (оно не было ни обсуждено, ни поставлено на голосование) Кавазского Бюро Российской коммунистической партии большевиков (Кавбюро РКП(б) – партийным органом третьего государства, не обладавшим  подобными полномочиями. Имперским произволом НК был отторгнут от Советской Армении. В качестве компенсации этой оккупации было признано право НК на самоопределение в статусе автономной области с широкими правами —  советской формы государственности.
  5. 7 июля 1923 года, нарушив и без того незаконное решение Ковбюро РКП(б), предусматривавшее предоставление широкой автономии всему Нагорному Карабаху (это было отражено в первом названии области – Автономная область Нагорного Карабаха – АОНК), Баку декретировал область лишь на части края, оставив за ее пределами западные, южные и северные его районы. В 1936 г. АОНК была переименована в Нагорно-Карабахскую автономную область — НКАО.
  6. Задействованный в 30-х годах сталинский проект азербайджанизации исповедующих ислам народов Аз.ССР в итоге вылился в процесс их туркизации, их насильственной ассимиляции и вытеснения армян и русских из республики[viii].
  7. Надеясь, что провозглашенный Горбачевым курс гласности и демократизации позволит быть услышанной, 20 февраля 1988 г. Внеочередная сессия областного Совета народных депутатов НКАО обратилась к высшим властям Аз.ССР, Арм.ССР и СССР с просьбой рассмотреть и положительно решить вопрос о передаче области из состава Аз.ССР в состав Арм.ССР. В ответ на политическую просьбу последовала резня армян на другом конце республики — в Сумгаите, а за  ним — погромы по всей республике. Начавшийся в 1918 году и в советские годы латентно протекавшее этнополитическое противостояние в 1988 г. возобновился в острой форме и после распада СССР принял форму международно-вооруженного конфликта.
  8. 3 апреля 1990 года Верховный Совет СССР принял закон «О решении вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР». Согласно закону в случае выхода союзной республики из СССР автономным образованиям предоставлялось право самостоятельно решать вопрос о своем государственно-правовом статусе.   Для Нагорного Карабаха это стало очередным признанием  его права на самоопределение.
  9. В ходе распада СССР в Баку было принято решение отказаться от политико-правового наследия Аз.ССР и провозгласить Азербайджанскую Республику (АР) правопреемницей учрежденной турецкой армией и просуществовавшей с сентября 1918 г. по апрель 1920 г. и покинувшей историческую сцену не обретя признанных или фактически установленных границ АДР. Одним из главных мотивов акта отказа от правопреемства Аз.ССР — избегать ответственности за геноцид армянства Аз.ССР.

[ix] В этом признался сам Г. Алиев 22 июля 2002 г. («Бакинский рабочий», 25 июля 2002, N139).

 

Аналитический отдел Versia.am

Մեկնաբանություններ